Исследование: треть американцев ушла в радикальные идеологии

Минувшее десятилетие приучило мир к разговорам о растущей политической поляризации между странами. Мы все чаще слышим разговоры о «геополитике», «Глобальном Юге» и «Глобальном Севере». Однако данные Statista Consumer Insights 2025 года показывают, что процесс разделения общества происходит не только между странами, но и внутри них, а в ключевых западных демократиях он и вовсе перешел в критическую фазу.

Масштабное исследование итоги которого были подведены в марте 2026 года, оцифровало этот социокультурный раскол. Результаты опросов десятков тысяч граждан в США, Германии, Франции и Великобритании демонстрируют пугающую тенденцию: политический центр стремительно размывается, а радикальные идеологии перестают быть маргинальными, превращаясь в новую норму. Безоговорочным лидером этого раскола остаются Соединенные Штаты.

США и диктатура крайностей

Методология исследования Statista предельно наглядна. В ней респондентам в возрасте от 18 до 64 лет предлагалось оценить свои политические взгляды по классической десятибалльной шкале, где «0» означает абсолютную ультралевую позицию, а «10» — радикально правую. Выборки были беспрецедентно масштабными, охватывая от 12 до 60 тысяч человек в каждой из стран, причем замеры проводились на протяжении всего 2025 года, что исключает влияние ситуативных эмоциональных всплесков.

Американский политический ландшафт на этом фоне выглядит наиболее тревожно. Почти треть активного населения страны сегодня идентифицирует себя с абсолютными идеологическими полюсами. 12% американцев отнесли себя к бескомпромиссному левому флангу,выбрав строгий «0», а каждый пятый гражданин США, причислил себя к ультраправым, выбрав «10».

Для политической системы это означает состояние перманентной холодной гражданской войны. На фоне 32% радикально настроенных граждан доля классических центристов, выбравших середину шкалы, в Соединенных Штатах составила скромные 17%. Центр больше не способен играть роль балансира — повестку в стране диктуют радикальные фланги, не склонные к компромиссам.

Германия и Британия и бастионы умеренности

Контраст между США и крупнейшими европейскими экономиками оказался разительным. В Германии политический маятник по-прежнему удерживается в равновесии. Несмотря на публичную активность радикальных партий, немецкое общество в массе своей отвергает политический экстремизм. Так, на оба крайних фланга приходится всего по 7% населения. При этом почти четверть немцев (24%) уверенно называют себя центристами. Историческая память и специфика политической культуры Германии продолжают служить иммунитетом против радикализации масс.

Похожая картина наблюдается и по ту сторону Ла-Манша. В Великобритании социологи зафиксировали сопоставимую с немецкой долю центристов — около 22%. Однако британское общество демонстрирует чуть более заметный правый крен, в нем доля симпатизирующих правоконсервативным идеям здесь выше, чем в Германии, хотя и не достигает американских масштабов.

Французская аномалия

Если Германия и Британия демонстрируют относительную стабильность, то Франция выступает главным европейским антиподом, напоминая по уровню радикализации Соединенные Штаты.

Французский политический центр практически уничтожен — умеренных взглядов придерживаются лишь 12% граждан, что является самым низким показателем среди всех четырех стран. Зато фланги накалены до предела: 10% французов ушли в ультралевый лагерь, а 19% открыто заявляют о своих крайне правых убеждениях, что вплотную приближается к американским показателям.

Но главная особенность Франции заключается в том, что ровно четверть респондентов (25%) категорически отказались отвечать на вопрос о своей политической ориентации. Это самый высокий уровень отказов в исследовании, эксперты считают, что он свидетельствует о глубочайшем кризисе доверия. Четверть нации либо полностью разочаровалась в традиционной политической системе, либо считает небезопасным публично озвучивать свои реальные взгляды.

Резюме

Свежие данные Statista не оставляют пространства для иллюзий. Мы наблюдаем формирование двух разных траекторий развития западных обществ. Если Германия и Великобритания пока сохраняют сильное «умеренное ядро», способное сглаживать социальные противоречия, то Соединенные Штаты и Франция все глубже погружаются в эпоху бескомпромиссной поляризации. Политический центр больше не может сдерживать радикализацию, а значит, будущие политические циклы в этих странах будут сопровождаться лишь нарастанием напряжения, которое может вылиться в открытое политическое насилие.

Это важный сигнал тем партиям и силам в западном обществе, которые до сих пор питают надежды относительно широких коалиций — эти политические тактики все меньше отвечают как духу времени, так и общественному запросу.